О нас
Российская Сеть Рек
Координационный центр
Участники
Стратегия
Новости
Деятельность
Акции и кампании
Конференции/семинары
Проекты
Экорейтинг
Полезная информация
Публикации
Интересные разработки
Водное законодат-во
Ссылки
Фотогалерея
Портреты рек
Вливайся!

 

Другие статьи в этом разделе:

И.П.Глазырина,
доктор экономических наук,
зав. лабораторией эколого-экономических исследований ИПРЭК СО РАН,
зав. кафедрой ЧитГУ

Куда потечет Аргунь?

Игорь Пчелинцев, пресс-секретарь Нижегородской епархии
Крещенская вода

Сюй Линцзы
Вода уже стала самым важным ограничительным элементом продолжительного развития человека в Китае

Елена Колпакова
Пятый форум «Плотины и Развитие» в Найроби (Кения)

НАСТОЯЩУЮ ОЦЕНКУ ЗАКОНУ ДАЕТ ПРАКТИКА…

В начале февраля 2006 г. руководитель Федерального агентства водных ресурсов Рустэм Хамитов посетил Екатеринбург и провел расширенное совещание по итогам деятельности в 2005 г. и по программе на 2006 г. в Российском научно-исследовательском институте водного хозяйства (РосНИИВХ). Во время визита на Урал он встретился с полномочным представителем Президента РФ в Уральском федеральном округе П.М.Латышевым, председателем правительства Свердловской области А.П.Воробьевым, директором РосНИИВХ Н.Б. Прохоровой, министром природных ресурсов Свердловской области А.А. Ястребковым и начальником Нижне-Обского бассейнового водного управления А.М Никулиным. По окончании визита мы попросили Рустэма Закиевича ответить на вопросы редакции Вестника Уральского экологического союза.

– Рустэм Закиевич, природоохранные органы последние лет 15 постоянно находятся в процессе реформирования. Есть ощущение, что Водная служба не в числе государственных приоритетов: на первом месте – ресурсная нефтегазовая отрасль…

– Главное, что сейчас есть понимание того, что необходима единая, хорошо развитая и структурированная водоохранная служба. В 2003 году Президент России В.В. Путин провел заседание Госсовета, на котором подчеркнул необходимость преобразований в этой сфере и огромную актуальность этих проблем. В 2005 году с введением федерального водного налога водные деньги впервые дошли до реального водохозяйственного сектора… Пришло понимание того, что, в первую очередь, при планировании водохозяйственной деятельности важен бассейновый подход. Этому принципу постоянно следовал и Российский научно-исследовательский институт комплексного использования и охраны водных ресурсов (РосНИИВХ). То, что водохозяйственная наука в суровые для науки в целом годы сумела выстоять – добрый знак…

– А как Вы оцениваете проект нового Водного кодекса?

– Этот вопрос больше к депутатам, чем к исполнительной власти. Но поскольку наше агентство привлекают в качестве экспертной организации, мы, безусловно, участвуем в подготовке этого документа. В настоящее время основное обсуждение идет по вопросам приватизации водных объектов. Значительная часть объектов будет находиться в Федеральном распоряжении, часть передадут субъектам Российской федерации и муниципалитетам, а оставшиеся водные объекты будут передаваться юридическим лицам и в частные руки.

– Это значит, что в один прекрасный момент люди, пришедшие к любимому озеру или пруду, не смогут подойти к берегу?

– Частная собственность на пруды и обводненные карьеры вносит новые моменты в водопользование. Мы понимаем, насколько важно, чтобы человек, любой гражданин имел возможность пользования водными объектами. Иначе будут конфликты. Я бы выделил несколько вопросов, связанных с возможной приватизацией водных объектов. В этом аспекте важны даже не столько параметры прудов и обводненных карьеров, которыми можно будет владеть на правах частной собственности, а то, что расширяется сам класс приватизируемых объектов. Так, раньше говорилось, что приватизировать можно только небольшие, до 3 тыс. м2, обособленные водные объекты, не имеющие гидравлической связи с другими водоемами. Сегодня в тексте уже записано просто: "пруды и обводненные карьеры". Сказано также, что они будут автоматически следовать за судьбой земельного участка: то есть если это частная земля, то расположенный на ней пруд или карьер автоматически становится частной собственностью. Причем вне зависимости от размеров. С точки зрения землевладельца – это хорошо, а вот с точки зрения рядового пользователя – может быть, и не очень. Другое нововведение: на смену разрешительной системе водопользования приходит система договорная. С одной стороны – водопользователь, с другой стороны – тот, кто от имени государства предоставляет в пользование этот ресурс. После вступления кодекса в силу между ними будет заключаться договор. На практике это означает, что договор может заключить физическое лицо (если это частный пруд), или субъект Федерации, или муниципалитет. Если речь идет о федеральной собственности, то, конечно, это может быть некий федеральный орган исполнительной власти, которому государство делегирует полномочия. Водопользователи и органы власти пока не умеют работать таким образом в области водных отношений. Договор предполагает ответственность обеих сторон. Готово ли государство сейчас подписывать обязательство, например, по обеспечению чистоты воды? Или защиты от паводков? Ведь может случиться форс-мажорная ситуация: например, когда на Волге идет большая вода, мы вынуждены сбрасывать эту воду, а при этом могут пострадать чьи-то частные пруды. Как государство будет это компенсировать и готово ли оно к этому? Сейчас механизм в законопроекте не прописан. Однако новые рыночные отношения -это очень важный момент. Дело в том, что сейчас в России одних бесхозяйных гидротехнических сооружений – более 4 тысяч. И вот все они за 2-3 года должны обрести хозяев…

– А что меняет вводимый платеж за пользование водными ресурсами, предусмотренный Водным кодексом?

– Проект нового кодекса предусматривает реформу платы за пользование водными ресурсами. Считаю, к ней надо подходить чрезвычайно осторожно – с тем, чтобы не остаться без платежей за пользование водными ресурсами, без финансовой базы для проведения работ на водных объектах. По самым минимальным подсчетам, на поддержание инфраструктуры водных объектов стране нужно тратить 2-3 млрд дол. в год.. В перспективе же рынок работ на водных объектах должен составлять около двух десятков миллиардов долларов – как в цивилизованных странах. Напомню, что собираемый сегодня водный налог – федеральный. И надо сказать, что 2005 г. стал для развития водного хозяйства в России фактически революционным – как раз за счет того, что с 2005 г. водный налог приобрел статус федерального. За последние 15 лет таких денег (10 млрд р. только в прошлом году, в этом будет еще больше) в России на водное хозяйство не направлялось. Система заработала, и я считаю, что эту ситуацию нельзя прерывать. А что будет после замены водного налога водным платежом – кто его будет собирать, как его будут уплачивать и куда его будет направлять множество собственников водных объектов, – сказать пока сложно. Нужно отметить, что даже нынешний водный налог очень мал. Ну что такое те же 10 млрд р. на фоне 4-5 трлн р. всех собираемых в стране налогов? Это четырехсотая часть от общего сбора, предприятия даже и не чувствуют этого водного налога, его влияние на экономику ничтожно. При этом не будем забывать, что государство вынуждено компенсировать вред, который несут с собой водохранилища, – обрушение берегов, очистку, расчистку, заиление и тому подобное…

– Рустэм Закиевич, означают ли все эти нововведения, что в итоге у воды наконец-то появится один хозяин?

– К сожалению, нет. Первая редакция нового Водного кодекса действительно предполагала, что у рек появится единый балансодержатель, что одна структура будет управлять крупными водными системами. Но позже текст Водного кодекса сильно эволюционировал. И сейчас ясно, что ведомственность в управлении реками и озерами сохранится: Минсельхоз, Минтранс, Минпромэнерго, Минприроды и ряд других ведомств будут иметь свои объекты на воде и самостоятельно будут их эксплуатировать. Здесь есть и плюсы, и минусы: плюс состоит в том, что каждый должен будет отвечать за свой объект, а минус – раскоординированность все-таки сохранится. Водным кодексом вводится такой элемент, как бассейновый совет (ведь разрывать реку как единую кровеносную систему по субъектам Федерации или по федеральным округам – это неправильно). Но решения бассейнового совета по этому законопроекту носят только лишь рекомендательный характер...

– Проект Водного кодекса продолжает вызывать массу негативных оценок общественности…

– Этот документ до сих пор редактируется - в последние дни текст кодекса правится буквально каждый день, над ним идет интенсивная работа и депутатов, и специалистов. Но решение принимают законодатели. И мне трудно сейчас давать ему оценку. Все новые законы продвигаются под лозунгом «Это лучший закон». Однако настоящую оценку дает практика и реальная жизнь…

– Рустэм Закиевич, известно ли Вам о деятельности общественных экологических организаций, которые занимаются реками и озерами, о деятельности Российской Сети Рек?

– Да, конечно, я слышал про это движение. Это очень важная и нужная работа. Все-таки в массовом сознании вода еще не стала ресурсом № 1. Но я уверен, что будут возникать ситуации, которые заставят нас задуматься о том, как вообще мы, россияне, относимся к воде. А относимся без должного уважения, как к чему-то вечному, необъятному и дешевому. И подобное отношение необходимо постепенно изменять…

Вопросы задавала Ольга Подосенова